Акмолинский областной русский драматический театр

Тимур Кулов — режиссёр нового поколения, ученик легендарного Л. Е. Хейфеца, лауреат престижных премий, в настоящее время – главный режиссер ТЮЗ имени А. А. Брянцева в Санкт-Петербурге. Его спектакли регулярно становятся участниками заметных театральных фестивалей — от «Науруза» и «Федерации» до «Мелиховской весны» и «АРТмиграции», а также Международного фестиваля ТЮЗа имени Брянцева («Радуга»). Особое внимание привлёк спектакль «Приключения Рустема», поставленный в Казанском ТЮЗе имени Г. Кариева: в 2024 году он был отмечен специальным призом жюри Национальной театральной премии «Золотая маска» — «За сопричастность к судьбе страны и поиск национального героя». Сегодня имя Тимура Кулова выходит за рамки отдельных постановок: в 2024 года в Пскове прошел «Кулов-фест» — фестиваль, посвящённый его творчеству, что само по себе редкий случай для режиссера его поколения. В рамках фестиваля труппа АОРДТ представила спектакли «Станционный смотритель» (фантазия на тему одной из «Повестей Белкина» А. С. Пушкина) и «Лютый» по одноимённой повести М. Ауэзова.

2 мая на основной сцене АОРДТ состоится премьера спектакля Тимура Кулова по мотивам произведения Мухтара Ауэзова «Выстрел на перевале».  Новая постановка продолжает творческое обращение режиссера к наследию Мухтара Ауэзова: ранее, в 2022 году, Тимур Кулов выпустил спектакль «Лютый» («Коксерек»). Мы решили узнать, какой он видит вселенную Ауэзова и что ожидает акмолинских зрителей.

–– Тимур, вы работаете с разными труппами, какие у Вас впечатления об артистах АОРДТ?

–– Я поработал практически со всей труппой с 2022 года, на протяжении четырёх постановок. В целом считаю, что труппа очень сильная, разнообразная и грамотно сформированная. Здесь можно ставить самые разные произведения — возможно, не все, но многое.Не каждый театр, находящийся не в столице, а в небольшом городе, как Кокшетау, способен собрать подобную труппу. Это, безусловно, заслуга директора театра Бахтыгерева Бейбута Салаватовича. Ведь это огромная работа — привлекать людей, обеспечивать их занятость и создавать условия, при которых всем интересно работать. Есть ещё один важный момент: мне кажется, в АОРДТ сохраняется дух студийности — когда готовы задержаться подольше, лишь бы «случилось». Этот настрой присущ не только молодым, но и более опытным артистам. Всем хочется «движухи», творческого процесса. Каким образом, какой магией это сохраняется в АОРДТ — для меня загадка. Надо будет поучиться. (Смеётся)

–– Какой для Вас мир Ауэзова?

–– Меня восхищает мир Мухтара Ауэзова. Мне нравится его брутализм и несентиментальность. Хотя, я считаю, что сентиментализм – это не плохо, и он должен проявляться, но он у автора в меру. Очень нравится его жесткость, его степь, дикая природа – как дикий Запад.

–– Поэтому спектакль «Лютый» решен в жанре вестерна?

–– Когда я прочитал «Лютого», у меня было ощущение, что это написал Тарантино, поживший в Казахстане. Да и «Выстрел на перевале» — тоже, хотя там совершенно другая история, но переклички есть. Вселенная Ауэзова для меня — это такой большой-большой истерн-сериал, в условном «Нетфликсе», где герои кочуют из серии в серию и могут взаимозаменяться. Кажется, что есть такая вселенная в степи, где существует множество интересных персонажей, с которыми происходят разные истории. По Ауэзову вполне можно делать театральный сериал.

–– Очень интересно. А будущий спектакль в каком жанре?

–– Изначально затевался как «саундрама». Но мы отходим от канонов, потому что я сам до конца не понимаю, что такое саундрама, поэтому чтобы не путаться я назвал «музыкальной драмой». Вот эти жанры меня всегда мучают. Я это так называю – жанр единственно возможный для этого произведения. С моей точки зрения, этот жанр единственно возможный для «Выстрела на перевале». Потому что это есть у автора: «Они продолжили свои песни…». Это для меня «Баллада о Бахтыгуле» – песня длиною в один акт.

–– Когда читаешь само произведение, складывается впечатление, что его центральной темой является месть. Именно она становится причиной того, что герой словно «воскресает» после жестокого избиения людьми Сальмена и две недели бьется в агонии. А что у Вас выступает главной темой?

–– Тема мести очень сильная у Ауэзова, она есть и в спектакле, безусловно. Но меня вот фраза не покидает, она о нашей действительности: «Когда два больших верблюда бьются, между ними погибает муха». Эта фраза меня триггерит в последнее время точно, потому что, какая бы битва между Жарасбаем и Сальменом ни была, они все равно в итоге между собой договорятся, но уже не будет ни Бахтыгула, ни Тектыгула, они, к сожалению, лягут за этих баев. Как-то вот это несправедливо. Звучит пафосно, но как-то устроен этот мир странно, не по-человечески. А вообще, важное место в спектакле занимает тема женщины. Я о Хатше, жене Бахтыгула. Нельзя сказать, что мы выводим ее на первый план, скорее больше взгляда на нее обращаем. Может, время изменилось. Когда Ауэзов писал произведение, мир был очень патриархальный, почти сто лет прошло. В следующем году будет сто лет повести. Но время изменилось, женщина изменилась. По крайней мере, в нашем художественном мире, мы не то, что меняем положение женщин, но мне кажется, мы к этому идем. Она на что-то да влияет.

–– Сейчас, в такое турбулентное время, женщина в спектаклях словно становится «стабилизирующей силой», элементом постоянства.

–– Я даже больше скажу, женщина берет на себя какую-то функцию, очень непростую, несвойственную даже ей – мужскую, в нашей интерпретации. Я в какой-то момент вступаю в спор с автором как режиссер, и это нормально. Это наш художественный вымысел. Финал может быть разный, у Ауэзова он для меня открытый. Мы до конца не понимаем, что произошло с Хатшой. Её пустили по миру. Знаем, что она устроилась служить у богатых биев, и все. А мы пытаемся домыслить, что с ней произошло дальше.

–– А что новое открылось для Вас во время репетиций, помимо задуманного?

–– Каждый день что-то новое открывается. Вот в перерыве прочитал Ауэзовский финал, в такие моменты даже в себе открываешь какие-то новые вещи, в своей жизни.

–– Можете поделиться?

–– Ну нет, я на такое не подписывался. (Смеется).

–– Расскажите о команде спектакля?

–– Помимо актерского состава, сейчас со мной работает Батырхан Сабыр в качестве композитора и саунд-дизайнера. Мой абсолютный соавтор и соратник, который занимается огромным пластом работы.

–– Кого вы видите зрителем этого спектакля?

–– Я думаю, это будет интересно смотреть всей семьей. Средний возраст, старшее поколение и молодежная аудитория. Очень хотелось бы, чтобы будущий спектакль ездил много, чтобы его увидели и за пределами Казахстана. Надеюсь на это. Впереди неделя, когда надо все скомпоновать, собирать, домысливать, чтобы возникло целое. Самый ответственный момент, опасный, тяжелый – как по тонкому льду идти.

–– Желаю Вам легко пройти по этому льду! Спасибо Вам за разговор!

–– И Вам спасибо!

Интервью вела Абдрахманова Карлыгаш, заведующая педагогической частью театра.

28 апреля, 2026 год.